Снежинки, медленно кружась, опускались на черепичные крыши Ёсивары; в водах окружающего квартал рва отражалось затянутое тучами небо. Над опустевшими полями пронзительно кричали вороны. Сано и его спутники спешились у высокой стены, удерживающей шумное веселье в установленных для него пределах, а проституток — от побега. Белые облачка дыхания уносил ледяной ветер. Они оставили коней конюшему и направились по мосту к запертым ярко-красным воротам, из-за которых неслись возбужденные крики.

— Выпустите нас! — требовали мужчины. — Мы хотим вернуться домой!

— Никто никуда не пойдет! Приказ полиции, — отвечали задержанным стражники из Ёсивары.

Тяжелые доски ворот затряслись от ударов.

— Значит, полиция первой попала на место преступления, — сказал Хирата. На его молодом лице появилась тревога.

У Сано упало сердце, поскольку, несмотря на свое высокое положение и близость к сёгуну, от полиции Эдо он мог ожидать скорее помех, чем содействия.

— По крайней мере, они задержали людей, которые были в Ёсиваре прошлой ночью. Это избавит нас от проблем с поиском свидетелей.

Он подошел к стражникам, которые поспешили поклониться ему и его людям. Сано представился, объявил о цели своего приезда и спросил:

— Где смерть настигла правителя Мицуёси?

— В агэя «Овария», — ответили ему.

Сано знал, что Ёсивара — замкнутый мирок, живущий по собственным правилам. Здесь жили примерно пятьсот проституток, ценившихся в соответствии со своей красотой и умениями. Первоклассные женщины именовались, таю с постоянным эпитетом кэйсэй — разрушающие замки, — поскольку своим влиянием могли уничтожать мужчин и стирать с лица земли целые царства. Хотя все проститутки жили и принимали мужчин в борделях, таю развлекали посетителей в агэя, домах свиданий, которые использовались только для этих целей. «Овария» была самой престижной и предназначалась для богатых и именитых клиентов.